Перейти к содержимому

ПРАВИЛА ФОРУМА «ЭКОЛОГИЯ НЕПОЗНАННОГО». ЧИТАТЬ!




Фотография

Эмиграция и психология

Написано Рамень , 29 Декабрь 2012 · 4 362 Просмотров

Чужой менталитет или в гости со своим самоваром.


Кроме проблем поиска работы или подходящего бизнеса,  эмигранты преодолевают много барьеров и трудностей нематериального характера. Психологических и ментальных. О них я сегодня хотел бы поговорить подробнее.


Обязательным и, пожалуй, самым важным условием успешной интеграции в новое общество, прежде всего, является язык. Подавляющее большинство иммигрантов из бывшего Союза приезжают без достаточных знаний языка той страны, в которую они эмигрируют. Оно и понятно! Курсы изучения иностранных языков  не способны приблизить изучение языка к естественным условиям. Помню, как это было у меня. Мне казалось, что знаю основные грамматические правила и несколько сотен общеупотребительных  фраз, но, почему-то, поначалу, по приезде в Германию, не узнавал  их в реальной жизни. То ли немецкая фонетика была непривычная, то ли не было практики живого общения…


В общем, проходит немало времени, прежде чем новая речь внедряется в наше сознание. У детей и молодёжи этот процесс,  в среднем,  длится несколько лет, у людей постарше –  затягивается надолго. А иногда, без особых успехов. Переход на другой язык – большой стресс для ментальности! И, часто, влечёт изменения в характере человека.  Далеко не всегда в лучшую сторону. Шутник и заводила, вдруг, превращается в молчаливо-депрессивную личность, которая напряжённо пытается контролировать каждое слово. Проблема не только в небольшом словарном запасе. Чужой язык не вызывает эмоций и ассоциаций. Нашему ментальному  «Я»  просто не с чем сравнивать, поскольку эмоций, связанных с чужой речью, он никогда не испытывал.


Другой ощутимый барьер –  разница менталитетов. Оказавшись в другой среде, мы, как бы, погружаемся в вакуум. У себя на Родине мы привыкли к общению с незнакомыми людьми прямо на улице, в транспорте и т. д. В Европе или Америке попытки неделового контакта с незнакомцем  могут расценить  как  посягательство на личную свободу.  Индивидуализм и рационализм  – основные принципы западного общества. Потратить время на разговор с незнакомым человеком, прийти в гости без предупреждения или платить за двоих в кафе на первом свидании – считается нерационально. Так,  конечно, не всегда  – я не сторонник мыслить стереотипами. Но, среди местного населения,  часто наблюдаю:  » Приходите  завтра в гости на гриль  -  буду рад Вас видеть! Да, не забудьте захватить с собой мясо».  Или: «Если,  вдруг, будете в Штуттгарте – заходите, только позвоните за пару месяцев!»   Справедливости  ради, надо сказать, что после десятка лет жизни в другом обществе, мы сами становимся такими. Жизнь диктует свои условия: свободного времени всё меньше, и мы стараемся с максимальной пользой (рационально) его использовать. При этом, в большей степени, по причине общепринятых  «правил игры», чтобы «не выпадать из обоймы»


Ещё одно явление – ностальгия.  Или тоска по Родине. Проблема эта, с моей точки зрения, неоднозначная  и требует индивидуального решения.  Чаще всего, это, прямо или косвенно, связано с неустроенностью на новой Родине:  либо личная жизнь не устроена, либо нет  применения себе (работы, бизнеса).  Наши соотечественники, в отличие от других, не очень охотно объединяются в диаспоры или церковные общины, поэтому остаются «один на один» со своими проблемами. Между тем ностальгия не появляется «ниоткуда». В каждом конкретном случае есть своя причина. Чаще всего мы скучаем по своим родным и друзьям, оставшихся в России. Кто-то никак не может забыть свою руководящую должность, уважение друзей и коллег. У кого-то перед глазами всё ещё «старый добрый Советский Союз», которого, кстати, уже давно нет. Человеку свойственно идеализировать вещи, до которых он не может дотянуться, или которые остались далеко в прошлом.


Я замечаю, что ностальгией  »болеют»,  в основном,  люди среднего и пожилого возраста. Молодежь же,  в целом,  менее подвержена  такому явлению. Но бывает, что эмигранты, приехавшие на новую Родину с родителями в «несознательном» возрасте,  внутренне,  до сих пор,  не могут принять то,  что такое важное решение приняли,  фактически,  за них. Совершенно необъяснимым фактом,  для меня лично,  является  ностальгия  некоторых эмигрантов  именно по российским проблемам.  Да-да  -  есть и такие!  Им я искренне советую поехать в Россию не в качестве туриста, а на несколько месяцев пожить там и поработать. Кстати, отвлекаясь от темы, сам практикую эту методику. От ностальгии хорошо помогают посещения Родины.  Обычно,  после этого  хорошее  настроение  гарантировано  минимум  на  полгода  


Но, если серьёзно, то ностальгия уменьшается в прямой пропорции с ростом наших личных и профессиональных успехов на новой Родине! Живя активным настоящим, а не воспоминаниями о прошлом, мы закладываем хорошую базу для наших будущих побед и достижений. Большой проблемой в преодолении ностальгии является одиночество.  Знаю массу людей, которые не имеют ни друзей,  ни  своей  собственной семьи. Это, конечно, накладывает отпечаток на психику, а, порой,  может её и сломать.


Безусловно,  эмиграция –  не простая штука, она не бывает безболезненной. Но здоровые личные отношения, наличие достойной работы (бизнеса) и жизнь  настоящим (а не прошлым),  для меня лично,  помогают преодолеть психологические проблемы эмиграции и, с  наименьшими потерями, интегрироваться в новое общество. Впрочем, это только моё мнение!  И мой  опыт!  Что думаете Вы?


Игорь Щепетов
http://peopleandcoun...&do=blog&id=144





Рамень
29 Дек 2012 22:34
Интеграция и ассимиляция
Проблемы эмиграции.


Чтобы эмигранту подняться на уровень полноценного гражданина,  нужно потратить годы. Нужно изучить досконально язык, нужно иметь такую профессию, которая востребована, нужно доказать, что ты лояльный гражданин, что твой диплом соответствует местным стандартам. Иногда нужно быть готовым поехать жить в далекий, забытый Богом,  маленький провинциальный городок, где требуются люди определенной профессии. И везде надо адаптироваться – входить в общество, завоевывать авторитет, доказывать, что ты не верблюд, что воспитан не хуже, чем француз или испанец. Всё это означает одно – переламывать себя, перестраиваться, терять свою идентичность. Сумеете? Но всегда ли это хорошо?
Существует четыре формально возможные стратегии вживания эмигрантов в общество, не зависящие от национального менталитета. Они связаны с определением позиции человека по отношению к старой и новой культуре, своему (в нашем случае, русскому) или чужому (в нашем случае, немецкому) окружению:  ассимиляция (отказ от своего прошлого культурного опыта, принципиальная ориентация на культуру страны въезда), сепаратизм (сохранение своих норм и ценностей как более предпочтительных по отношению к культуре страны въезда), интеграция (желание совместить в своем поведении преимущества своей культуры и культуры страны въезда), маргинализация (отказ как от одной, так и от другой культуры).
Интеграция считается более продуктивной и перспективной.  Она сопровождается меньшими личностными потерями. Такая  стратегия  формируется в результате индивидуального поиска самого человека, благодаря его активности и инициативе.
В российской эмиграции начала 19 века была тенденция в стремлении к изоляции, когда очень долго жила надежда на возвращение на Родину,  и эмигранты были одержимы идеей сохранить все русское – язык, обычаи, традиции и культурные достижения. В рамках российского педагогического движения за рубежом,  открывались российские университеты, гимназии, спортивно-патриотические клубы. Если первые эмигранты «стояли за все русское», гордились своим происхождением, то представители последней, четвертой волны,  готовы забыть прошлое, как страшный сон, избегают общения даже со своими соотечественниками. Иными словами, «боятся быть русскими». Я заметил, что даже в своей среде,  многие  выходцы из бывшего СССР  козыряют  друг перед другом своим еврейским или немецким происхождением, сравнивают, кто и как долго проживает уже в этой стране,  и негативно относятся ко всему, что сейчас происходит в России или Украине. Может быть, они действительно чувствуют себя «чистопородными» немцами или евреями? Рискну сказать, что совсем нет. Просто эти люди страдают чувством собственной неполноценности из-за того, что они говорят по-русски и приехали из России. В среде эмигрантов последней волны преобладает не интеграция, а ассимиляция, то есть отказ от своего прошлого культурного опыта. При этом, влиться в менталитет, традиции и культуру новой страны, получается не всегда, и только до определённой степени.
Сначала мы отрекаемся от своей культуры и национальной принадлежности, потом теряем самоуважение и уважение друг к другу, и, как следствие, в конечном итоге, значительно хуже интегрируемся в немецкое общество из-за низкой самооценки и неверия в собственные силы. Всё это взаимосвязано и, как сильно бы  не старались в него влиться, мы никогда не станем стопроцентными немцами по менталитету и культуре. А надо ли вообще?
Когда я в 2001 году приехал в Германию, мне тоже хотелось раствориться в толпе и стать похожим не среднестатистического бюргера. Я учил язык, старался много общаться с местными аборигенами и «думать по-немецки». Но скоро я заметил, что меня не воспринимают так, как я бы хотел. Сначала я болезненно воспринимал этот факт, но скоро понял, что восприятие людей меня,  как личности, напрямую зависит от моей собственной самооценки. Как только я повысил её и перестал стесняться того, что я русский, то и доверие ко мне, как к человеку, значительно увеличилось. В этом смысле, мне, вероятно, было легче других – я творческий человек, и в моей среде люди меньше сортируют друг друга по национальному признаку, но в повседневной жизни, чем более уверенно я себя позиционировал, тем больше контактов и знакомств я имел.  И национальный признак тут играет небольшую роль.
Что же такое успешная интеграция? В любом случае,  это НЕ отказ от своей националной самобытности, культуры и менталитета! Для меня интеграция – это, в первую очередь, язык и открытость в общении с людьми. Всё остальное – поиск работы,  бизнес, налаживание социальных контактов, самоопределение и личная жизнь, зависит только от  наших способностей и мало чем отличается от жизни в нынешней капиталистической России…
Игорь Щепетов
http://peopleandcoun...&do=blog&id=145
  • Жалоба

Рамень
30 Дек 2012 08:48
Собственно, для чего я разместил эти посты?
Из-за ощущений эмигранта в той стране, которая когда-то СЧИТАЛАСЬ своей. С годами-то понимаешь. что эта страна никогда своей не была. Другое дело, что по молодости это не так чувствовалось.
Так что адаптационные вопросы касаются каждого из нас. И стоит прислушиваться к тем людям, которые не просто эти эмоции пережили, но смогли их систематизировать и этим предложить помощь тем, кому ещё предстоит пережить.
  • Жалоба

Рамень
30 Дек 2012 13:11
Михаил Задорнов
«Вoзвращение»

Вместо предисловия
Объявили посадку. Через несколько минут самолет Вашингтон-Москва приземлилс в аэропорту Шереметьево. Большинство в самолете наши. Мы все незнакомы. Но нас объединяет одно - грустные лица.

   И даже симпатичный ответственный партийный работник, который молча просидел рядом со мной восемь часов, когда колеса самолета коснулись земли и нас привычно по-родному тряхнуло всех, как кули с картофелем, грустно и задумчиво вздохнул: Ну вот и Родина!.

   Я его понимаю. Ему надо будет рассказывать о том, как там плохо. О чем он расскажет? О том, что их мостовые устланы утраченными иллюзиями неимущих, а тротуары вымощены страданиями эксплуатируемых масс?

   Мне легче - я не ответственный партийный работник. Я могу рассказать о том, о чем хочу рассказать. Во-первых. потому что далеко не все, уважаемые читатели, из вас бывали в Америке. Во-вторых, не все в ближайшее врем туда поедут. Еще не у всех есть там родственники.

   Я понимаю, что об Америке много написано: Горький, Маяковский, Ильф и Петров, Жванецкий, наконец, Валентин Зорин и его коллеги-журналисты и писатели, авторы незабвенных утраченных иллюзий, классовой ненависти и страданий эксплуатируемых масс. Я думаю, каждому Америка должна понравиться и не понравиться по-своему. Джоконда каждому улыбаетс той улыбкой, которую он заслуживает. Я это понял, когда один мой бывший соученик, ничего не добившийся в жизни, сказал мне, что у Джоконды, между прочим, завистливая улыбочка. Америка не Джоконда. Но любую страну можно считать произведением искусства того народа, который в ней живет... Произведение искусства прежде всего ощущаешь. Поэтому мне и захотелось рассказать о том, какой мне ощутилась Америка и почему у соотечественников при возвращении из Америки грустные лица.





Первые впечатления

Когда я прилетел в Нью-Йорк, я подумал, что все вокруг знают о моем прилете. Даже прохожие улыбались мне, словно меня только что показали по американскому телевидению. Откуда же мне было знать, что в Америке просто так принято - улыбаться друг другу. Что они ходят по улицам с радостным выражением лица, что они радостно живут! Когда смотришь на лица американских прохожих, создается впечатление, будто они не знают, что загнивают...

   До конца поездки я так и не смог привыкнуть к этой бесконечной американской доброжелательности. Ну с чего они все тебе улыбаются? Что им от тебя надо? Поначалу, когда мне в самолете улыбнулась стюардесса, я, честно говоря, подумал, что она со мной заигрывает. Когда же улыбнулись, глядя на меня, вторая, третья американки, я решил, что у меня что-то расстегнуто. Доконал швейцар в гостинице. Он улыбнулся и раскрыл передо мной двери! Он был рад моему приезду! Вы видели когда-нибудь швейцара, радующегося вашему приезду?! Ну почему во всех странах мира швейцары в гостиницах открывают двери и подносят вещи, а наши не пускают? Когда пожилой "бой" занес мои вещи в номер и, бестактно улыбаясь, предложил мне помочь разложить их по полкам, я выгнал его из номера за его грязные намеки.

   Так что уже в первые дни гастролей я понял, насколько правы советские корреспонденты и телекомментаторы, утверждающие, что неприятно находиться в Америке. Действительно неприятно. Не знаешь, что делать в ответ. Тоже улыбаться? Я не могу улыбаться в течение суток. У нас - советских людей - развиты не те мышцы лица. Я пробовал. К вечеру улыбку заклинивает, лицо перекособочивает, Получается улыбка смертельно раненного человека.

   Не улыбаться нехорошо. Некультурно. Стоит зайти в магазин, к тебе подбегает продавец и с идеально отшлифованной улыбкой: "Что вам угодно? Чем могу быть полезен?" Ну как ему объяснить, чем он может быть полезен? Только тем, что исчезнет немедленно. И не будет мешать. Потому что я зашел не купить, а посмотреть. Так как никогда не видел сто метров разной обуви сразу. Поэтому у меня сейчас экскурсия!

   Не дай бог возьмешь с прилавка туфли и попытаешься их примерить. Он усадит в кресло, сам наденет тебе туфли на ноги, зашнурует их. Если окажутся не по размеру, будет приносить со склада все новые и новые пары. Пока ты, руководствуясь уже чувством вины перед ним, не купишь хотя бы... шнурки с тапочками. За каждую проданную вещь, оказывается, ему положена премия. Каждому по труду. Закон социализма! Поэтому они и ведут себя так, как должны вести себя в социально справедливом обществе. То есть ты чувствуешь себя виноватым, если ничего не купил. В отличие от наших продавцов, которые ведут себя по-другому. И ты чувствуешь себя виноватым оттого, что вообще зашел в магазин.

   К концу поездки я, правда, научился бороться с их улыбчивым сервисом. Он только ко мне: "Чем могу быть полезен?", а я ему тут же с улыбкой от уха до уха: "Спасибо! Я из Советского Союза". Его тут же след простыл. Понял - зашел просто посмотреть. Потому что во всем мире уже знают, что советскому человеку денег меняют ровно на посмотреть... Причем знают об этом не одни продавцы. Американские женщины относятся к советским мужчинам с жалостью, с которой относятся только к убогим. Интеллигентная американка не позволит советскому мужчине заплатить за нее в кафе, даже если она выпьет стаканчик диетической пепси-колы. От силы она позволит себе принять в подарок от русского набор открыток типа "Ромашки Нечерноземья" или "Козлы Алтая"... Чтобы эти открытки остались у нее навсегда ярким напоминанием о подарившем.

   Однако наиболее опытные продавцы в Америке не подбегают к тебе, когда ты входишь в магазин. Многие из них уже научились отличать советского человека. Не по одежде, нет... Через три дня после приезда в Америку любой советский одет точь-в-точь, как американский безработный. Если, конечно, на безработного надеть отглаженные со стрелками джинсы и под них черные лаковые на каблуках туфли. Нет, нашего человека среди любой беспочвенно радостной западной толпы можно безошибочно угадать по выражению лица. На нем как бы навсегда застыла наша индустриализация! Осели этапы большого пути, прилипли шесть орденов комсомола, непаханая целина и непрекращающееся восстановление разрухи... При этом в глазах ежесекундная борьба озадаченности с озабоченностью.

   С другой стороны, какое еще выражение может быть у нашего человека, если он заходит в продуктовый магазин и видит там 40 сортов сыра? Он же мучиться начинает! Какой сорт выбрать. В этом отношении наше общество гуманнее. У нас не надо мучиться, какой сыр выбрать. Потому что у нас один сорт сыра - сыр! Называется "Если завезли..."

   В одном магазине я не поклонился и насчитал... тридцать семь сортов маслин! Поскольку я не смог нафантазировать такое количество сортов того, о чем вообще имею смутное понятие, я расспросил продавца, чем они все друг от друга отличаются. Оказывается, вместо косточек там внутри разные орешки. В одних - миндаль, в других - арахис... В третьих - такие, глядя на которые, Мичурин бы свалился с того, что сам вырастил. Удивительно! Как-то эти орешки попадают в эти маслины. И попадают туда без руководящей роли партии. Без участия министерств и ведомств. Никто не издает указ: "О всемирном высасывании косточек" и не вешает плакат: "Орешки - в жизнь!" Со всей продуктовой вакханалией справляется два-три процента фермеров в стране! В отличие от наших 40 процентов, занятых в сельском хозяйстве. Причем этим двум процентам фермеров не помогают высасывать косточки студенты Йельского университета и профессура Гарварда...

   В одном супермаркете я насчитал 90 сортов кефира! Есть кефир с привкусом клубники, есть с привкусом земляники, черники. Есть с шоколадом, есть с орешками. Есть с орешками, шоколадом, клубникой, черникой и земляникой... .Как я могу понять, что я хочу? Я все хочу! Может быть, меня больше никогда за границу не выпустят после того, как я расскажу, сколько я видел кефиров. Может быть, вообще перестройка на днях закончится. Так что, я хочу все кефиры сразу! Здесь, немедленно! Я хочу принять ерша из этих кефиров! Именно это выражает мое "индустриализационное" лицо, когда я осмотрю на эти кефиры, которые стоят на полках, как книги в Ленинской библиотеке.

   Вы попробуйте прийти у нас в магазин и спросить у продавщицы: "Что из кефиров вы мне сегодня рекомендуете?" Продавщица вам тут же ответит: "Вчерашний, козел!" Поскольку за семьдесят лет мы научились выпускать два сорта кефира: вчерашний и позавчерашний. Бывает еще двухнедельный, но это уже не высший сорт!

   Когда в Америке заходишь в продуктовый магазин, невольно перекидывается грустные мостик на Родину. Даже наши эмигранты, прожившие по 20 лет в Америке, сознаются, что это происходит с ними до сих пор. И жалко становится наших женщин. Почему их женственные лица должны превращаться в "индустриализационные", а ноги в тромбофлебитные, если во всем мире уже слов таких нет, как "кошелка" и "авоська"?

   Мужиков мне не жалко. Мужик у нас всегда в порядке. Принял стакан, и он в Америке. Принял еще один - в Австралии. Наутро в канаве представил себя в Венеции!

   В один супермаркет мне пришлось зайти с женщиной из Воронежа. Она приехала к сестре. Сестра Валя уже пятнадцать лет в Америке. Мать категорически не хотела отпускать свою дочь навсегда. Прокляла ее. Старая большевичка, мать Вали до последнего дня искренне верила нашему правительству и Кукрыниксам, что Америка - это небритый дядя Сэм с жирным мешком денег вместо туловища и носом, похожим на Гренландию.

   Провожая дочь, несмотря на проклятие, она жестко сказала: "Если будешь там голодать, напиши - консервов вышлем!".

   - Жалко, мама не дожила до перестройки, - говорила Валя. - Не смогла к нам приехать. Мне так хотелось, чтобы она увидела, как я живу.

   Вместо мамы приехала сестра с десятилетним сыном. Когда она зашла в супермаркет, она заплакала. В ее глазах был только один вопрос: "За что?" Вопрос, который нам на Родине даже задать некому. Десятилетний сын тянет маму за рукав.

   - Мама, это что?

   - Это клубника, сыночек.

   - Неправда, мама, такой клубники не бывает.

   Валя уговаривает сестру не набирать так много. Взять только на вечер. При этом по привычке набирает сама. Но сестра не может поверить в то, что все это будет здесь и завтра, и послезавтра.

   - До завтра же все испортится! - оправдывается она перед Валей. Валя улыбается.

   - Завтра завезут свежее.

   - А это?! Куда они денут это?

   - Сама не понимаю, куда все уходит?

   Вопрос - что американцы делают с непроданными продуктами - приходит на ум только советскому человеку. Сами американцы над этим никогда не задумываются. Каждый занят своим делом. Его не интересуют дела другого. В отличие от нашего человека с его тревожным государственным умом, который должен все знать, все понимать и каждому указать из собственной нищеты, как должно быть.

   - Дядя, - просит меня мальчик, - сфотографируйте меня на фоне этой клубники. А то в школе не поверят...

   Я снова горький мостик перекидывает меня на Родину. За неделю до моей поездки в Америку у моего друга в Москве умерла мать. По этому случаю ему разрешили, после того как он принес свидетельство о ее смерти, закупить продукты для поминок в подвале гастронома. На двери небольшого помещения было написано: "Для спецконтингента!" Даже не для контингента, а для "спецконтингента". И радость приобщения к нему ты можешь испытать только в случае смерти кого-то из своих близких. И все! И до новой смерти.

   Ну что ж! Зато, как утверждали наши идеологи, мы живем в гуманном обществе, где человека не страшит его будущее. Где он спокоен за завтрашний день. У американцев в этом отношении, безусловно, общество значительно суровее. Американцы не знают, что ждет их завтра: поездка на Багамы или в Италию? Покупка виллы или машины? У нас все четко! Никакой тревоги за будущее. Через десять лет выслуги на одном месте - прибавка к зарплате на 15 рублей, к концу жизни - расширение жилплощади на 15 кв. см... А может быть, даже подойдет очередь на спальный гарнитур, который тебе в общем-то уже и не очень нужен, потому что ты остался один...



Потрясение первое

За время поездки по США у меня было несколько потрясений.

   Первое - перед моим первым концертом на загородном шоссе под Нью-Йорком. Говорят, на этом же месте испытали потрясение и другие наши известные артисты.

   Импресарио, который организовал мои гастроли по Америке, до меня организовывал гастроли Пугачевой, Жванецкого, Хазанова и многих других наших звезд. Его секретарша почти всех возила по магазинам. Теперь она хорошо разбирается в советском искусстве, поскольку точно знает, кто кому что покупает и какого размера.

   - Благодаря вашим, я узнала где у нас в Америке самые дешевые магазины. Да, да... Правда! Я очень много нового узнала от ваших. Представляете, один ваш музыкант привез с собой из Москвы лупы и продавал их в пуэрториканском районе Нью-Йорка детям. Я бы никогда не догадалась, что в Америке можно продавать советские лупы пуэрториканским детям. Мальчишки в этом квартале, когда он появлялся, бежали за ним толпой с криком: "Мистер Лупа!"

   Дорога тянется между сплошными рекламами. По рекламам в Америке можно изучать английский. Они разноцветные и забавные, как картинки в детских учебниках, чтобы веселее запоминалось...

   Мы голодные. Экскурсия по магазинам затянулась. Экспозиция была волнующей. Вообще американские магазины настолько многообразны и познавательны, что мысль посетить музей первое время лично мне даже не приходила в голову. Впрочем, как и в последнее время.

   - Вы хотите есть? - спрашивает Нина. Нина из второй волны эмиграции. Вернее, ее родители. Сама она родилась уже в Америке. По-русски говорит с еле заметным акцентом. Так говорят обычно в наших фильмах актеры из Прибалтики, когда играют иностранцев.

   О том, почему и как ее родители в конце войны попали в Америку, она умалчивает. Нина православная. В свободное время организовывает выставки при православной церкви. Многие русские в эмиграции, увлеклись, как бы сказали y нас, прикладным народным искусством. Выставка, на которую мы перед этим заехали, небольшая: яйца пасхальные, разрисованные под палехскую школу, шкатулки берестяные... Русские формы из американской бересты. Игрушки детские глиняные. Наволочки для подушек, расшитые народным узором. Два рушника. Русский пейзаж, нарисованный по памяти или по рассказам родителей.

   Многое выглядит трогательно и наивно. Напоминает работу учеников на уроке труда в показательной школе. Посетителей немного. Выставка вряд ли приносит доход. Но это не волнует верующих. Их выставка - не коммерция, а уголок Родины... И вера в бога, благодаря выставке при церкви, соединяется у них с верой в свою Родину...

   - Что вы молчите? - повторяет свой вопрос Нина. - Вы есть хотите?

   - Я не понимаю, почему вы меня об этом спрашиваете. Конечно хочу. Но и так опаздываем.

   - А я ужасно хочу пить. Мы сейчас, знаете, что сделаем?

   - Что?

   Нина останавливает машину у обочины. Открывает окно. И, чуть высунувшись из него, говорит вниз, в канаву:

   - Мне, пожалуйста, три диетических пепси-колы, две порции устриц и один салат.

   Честно говоря, я думал, что она с голодухи немного тронулась. Да и как я мог предполагать, что а двадцати метрах от закусочной "Макдональдс" у обочин выставлен микрофон, для тех, кто торопится и хочет перекусить прямо в машине, не выходя из нее.

   Не прошло и двух минут, как из окна закусочной в окно машины нам передали поднос с блюдцами и стаканами, стоящими в лунках, как на корабле, чтобы не расплескалось. Я был потрясен настолько, что доставил Нине удовольствие.

   Почему вы так удивлены? - спрашивает Нина. - Разве у вас вдоль дорог нет закусочных?

   - Нет.

   - Почему?

   - Потому что у нас нет дорог.

   - А что есть?

   - Направления.

   - Так что же вы тогда подумали, когда я заказывала?

   - Я подумал, что вы немного того, как говорят у вас, "кукукнулись". Высунулись из машины и из канавы требуете устриц с салатом. Или, думаю, у них в канаве кто-то сидит. Типа нашего дяди Васи, который насаживает в этой канаве устриц, как у нас угрей на правительственном озере.

   - Что такое правительственное озеро? - не понимает Нина. Я пытаюсь доходчиво ей объяснить, что такое правительственное озеро, рыбный егерь, стрельба по уже застреленному кабану... Она внимательно слушает и обещает мне следующую свою елочную бумажную игрушку для выставки сделать по моим рассказам и назвать ее "Дядя Вася на правительственном озере".



Потрясение второе

Второе потрясение я испытал в "стейк-хаусе". В переводе на русский "стейк-хаус" означает "дом бифштекса". Конечно, само название уже могло бы стать для меня потрясением. Я к чему привык? К Дому политпросвещения!? Да, у них "дом бифштекса" - у нас "дом политпросвещения". Потому что кто чем может, тот тем свою страну и кормит. Единственное наше фирменное блюдо, - это лапша на уши народу.

   Однако потрясло меня не название. Меня потрясли размеры поданного мне бифштекса. Я многое видел в жизни. Но чтобы через всю тарелку, даже скорее блюдо, нагло раскинулся бифштекс! Не как у нас - копытце пони... Что по жесткости, что по размеру. А некий евроазиатский материк, как его рисуют на ученических картах. Более того, с двух сторон с тарелки не менее нагло свешивались уши - Европа и Чукотка.

   Сидящий за одним из столиков в зале негр, как и я, не доел точно такой же бифштекс.

   В этом момент я понял - правы, ox как правы наши телекомментаторы, которые ежевечерне сообщали нам, что негры в Америке не доедают!



Потрясение третье

Сто седьмой этаж небоскреба в Нью-Йорке. Ресторан высшего класса. Без пиджаков и галстуков не пускают. Уже ночь. Американцы обедают поздно. Глубоко под нами разлинеенный огнями на стриты и авеню светится Манхэттен. Отсюда, сверху, сдавленный Гудзоном и протокой остров Манхэттен, на котором осел центр Нью-Йорка, похож на палубу корабля. И мы слегка покачиваемся на его главной мачте. Мачта так высока, что на нас то и дело набегают тучи, скрыва палубу. Все ближе раскаты грома. Чем сильнее от ветра раскачивается мачта, тем тревожней становится на душе. Ощущение, что гроза наползает прямо на наш столик.

   На обед меня пригласил мой товарищ по юности, ныне господин - Юрий Радзиевский. Двадцать лет назад ой был одним из самых известных капитанов КВН. Возглавлял команду города Риги. Теперь он хозяин рекламного офиса. Если перевести с американского на советский - это значительно больше, чем директор Елисеевского магазина. Он знает английский. По-прежнему находчив и весел. Когда читаешь его рекламу для электрической зубной щетки, думаешь, как же ты жил без нее раньше. Поэтому к нему тянутся самые богатые заказчики. За эти годы он много работал, понимая, что в Америке - каждому по труду! В его деле и его жена. Как бы сказали у нас - семейный подряд.

   Он помогает и своего загнивающего Нью-Норка своим родителям в процветающей Москве. Снабжает их товарами первой, второй и третьей необходимости.

   Молния пролетает мимо окна, официант приносит горячее. Горячее на противне, закрыто крышкой. Радзиевский что-то говорит ему на ухо, и официант вместе с горячим уходит обратно на кухню.

   - Что ты ему сказал? - спрашиваю я.

   - Что он рано принес! - отвечает Юра.

   - Прости, что он сделал?

   - Рано принес. Понимаешь, в ресторане такого класса это считается плохим тоном - выставлять все на стол. Это неэтично. Мы не закончили еще есть холодные закуски.

   - Юра, - говорю я вполне серьезно. - У меня просьба - приедешь в Москву, пойдем с тобой в ресторан и, умоляю, скажи там официанту, что он рано принес. Я хочу, чтобы ты тоже испытал потрясение. Причем чисто физическое.

   Еще одна молния пугает нас, ныряя в Манхэттен. Гром гремит на крыше ресторана. Небоскреб уже представляется мне главным громоотводом Нью-Йорка, который должен собирать в себя все молнии...

   Чтобы отвлечь меня от столь резких, невиданных доселе ощущений, а также поскольку мне еще месяц находиться в Америке, Юра преподает мне правила хорошего тона для цивилизованных стран.

   Например, что пить сок через соломинку считается пижонством. Соломинка необходима, чтобы размещать воду от растаявшего льда. После чего нужно отложить ее на тарелочку...

   А хороший дорогой коньяк подается в высоких щирокобедрых бокалах. При этом наливается чуть-чуть, лишь бы прикрыть донышко. Называется такая порци - один дринк. Оказывается, широкобедрость бокала позволяет ощущать аромат древнего коньяка.

   Из всего, что объяснил мне Радзиевский, я понял одно - все эти изыски не для психики нашего человека. Причем понял по себе. Дринкнул, и что дальше? Сидищь, как на иголках, ждешь следующего дринка? А пока официант за ним степенно ходит, ощущаешь аромат широкобедрого бокала? Я не знаю, как по отношению к американцу, но по отношению к нашему человеку - это садизма!

   Более того, каждый третий дринк, оказалось, в этом ресторане вам приносят за счет фирмы... Нечто вроде премии за перевыполнение плана. Я уверен, что это правило не было рассчитано на увеличившийся благодаря перестройке поток советских туристов в Америку. Никогда не забуду глаза официанта, слегка беременные от удивления, после того, как он сбегал для нас на кухню за двадцатым бесплатным дринком. Вернувшись, он спросил, откуда мы? Я ответил: "Из России!" Он сбегал снова на кухню, вернулся с бутылкой и, из последних сил улыбаясь, сказал: "Вот и дринькайте на здоровье! И нечего меня все время гонять туда и обратно!"

   - Видишь, Юра, и у вашего сервиса есть предела элегантности!

   - Да. Но только в отношениях с нашими... в смысле с нашими! Кстати, должен сразу тебя предупредить, американцы не любят нас. Коренных русских любят, а эмигрантов нет. Видишь - улыбается? А глаза - смотри - ненавидят. Он тебя считает тоже эмигрантом. Знаешь, почему они нас терпеть не могут? Потому что только наш может прийти в этот ресторан и сказать: "Мне первые два дринка не надо, мне сразу третий.. У наших, старик, оказалась такая соображалка, которая не снилась ни одному американцу. Они завидуют нашей смекалке.

   Например, заметил, как здесь наливают вино? Дают сначала попробовать. Ты отпиваешь, потом еще раз отпиваешь, потом допиваешь и говоришь: "Нет, кисло - унесите". И они уносят за счет фирмы. Для американцев это нормально. А наш тут же соображает: "Ага, можно переходить из ресторана в ресторан и говорить: "Кисло''". И к вечеру уже совсем не кисло будет! Здесь, в Штатах, я понял, что человек, объегоривший советскую власть, может без напряжения объегорить любую власть в мире! Мне порой кажется, что мышление людей сродни расположению улиц в городах, в которых они живут. Видишь, внизу Манхэттен? Стрит, стрит, стрит... Все параллельно. Авеню, авеню, авеню... Все перпендикулярно. Так и мышление у американцев - прямоугольное. А в наших городах? Переулок, канава, помойка, плакат, тупик... Тупик, плакат, канава, помойка, закоулок... Потому у нас и мышление - закоулочно-канавочное. Впрочем, довольно о грустном. Давай лучше попробуем самое дорогое вино в этом ресторане.

   - Гарсон, вот это вино, Пожалуйста! - Юра указывает в меню на название вина.

   Заложив руку за спину, гарсон, заранее нас ненавидя, наливает мне в бокал вино на пробу. Я пробую, еще раз пробую... Допиваю! Так хочется сказать: "Кисло! Унесите!" Гарсон смотрит на меня ненавидящими глазами над вынужденной улыбкой.

   - Отличное вино! - говорю я. - Разлейте!

   Его глаза добреют. Такого от русского "эмигранта" он не ожидал.

   Очередная молния в очередной раз пролетает мимо нашего столика. Благодар выпитым дринкам она уже не пугает нас. Наоборот, ощущается частью шоу за счет фирмы.

   Юра учит меня есть японские "суши" палочками, а куриные крылышки ножом и вилкой. Я беру куриное крылышко левой рукой и интеллигентно насаживаю его на вилку, которую грациозно держу в правой руке. Гарсон разливает "некислое" вино. Мне кажется, что я уже все знаю, все умею и готов к престоящим гастролям. Снизу мне хитро подмигивает разноцветными огнями сквозь клочки туч прямоугольный, как и мышление американцев, Манхэттен.



Потрясение княгини

Самым неожиданным для меня потрясением стало потрясение княгини Долгоруковой. В девичестве Апухтина. Она уже в эмиграции вышла замуж за последнего из князей древнего рода Долгоруковых. Несмотря на возраст, у обоих до сих пор гордые спины и светлые глаза цвета аристократической голубой крови. Даже у националистов Прибалтики язык бы не повернулся назвать их мигрантами. В Америке никто никогда не унижает национальностью. В Америке нет национальности, потому что там есть все остальное.

   В двадцатом году, еще совсем юными княгиня Апухтина и князь Долгоруков ушли со своими семьями на одном корабле с Врангелем из Севастополя.

   - Вы знаете, Врангель был очень умным, интеллигентным человеком, - рассказывает мне княгиня Ирина Петровна. - А главное, очень порядочным. Я помню, как он собрал нас всех вместе с родителями перед отправлением из Севастополя и честно сказал: "Мы должны покинуть Россию. Я ничего вам не обещаю. Нас может не принять ни одна страна в мире. Но оставаться здесь никому не советую. От большевиков нельзя ждать ничего хорошего. Попробуем уйти в Турцию. А там, как у кого сложится судьба".

   Ирина Петровна чисто говорит по-русски.; В ее речи нет слов: альтернатива, регион, подвести черту, поставить вопрос, регламент, консолидация с ротацией, не говоря уже о консенсусе.

   Она говорит на чистом литературном русском, пушкинском языке. Нелепо представить себе, чтобы Пушкин консолидировался с Натали Гончаровой во имя деторождения и при этом имел альтернативный вариант в соседнем регионе.

   Здесь, в Америке, благодаря эмиграции первой волны, сохранился русский язык, русская кухня, русская интеллигенция. Спасибо Врангелю!

   - Ничего, русские еще возродятся, - успокаивает меня Ирина Петровна. - Мы с мужем очень болеем за Россию. И очень уважаем Горбачева... Нам кажется, это он выведет страну из разрухи. Очень хочется побывать в Москве. У мужа там особняк. Знаете, рядом с библиотекой Ленина. В нем теперь музей Карла Маркса. Это хорошо. Значит, ваши следят за нашим особняком. Но муж неважно себя чувствует. Вряд ли он отважится на такое путешествие. А я все-таки соберусь. Хотя очень боязно. Мне кажется, что я уже не доживу до встречи с Россией или не переживу ее. На следующий день после моего концерта Ирина Петровна позвонила в семь утра. Голос ее был необычайно взволнован.

   - Простите, что бужу, но я всю ночь не спала. Мы с князем потрясены. Скажите, это правда или вы сочинили, что в России нет мыла?.. - Даже по телефону я чувствую, что она задает вопрос с комком в горле. - Неужели ваши люди в правительстве, - недоумевает княгиня, - не знают, что на протяжении всей истории человечества развитие цивилизации познавалось по расходу мыла? Мы всегда говорили с мужем, что невежественные люди разорят Россию, но никогда не думали, что до такой степени!

   За день до этого звонка я подарил Ирине Петровне привезенный из Москвы флакончик французских духов. В Америке эти духи стоят около 100 долларов, хотя у нас они стоят всего 45 рублей. Поскольку мы продаем тайгу и за проданную тайгу получаем духи, которые распределяются между теми, кто продал тайгу.

   Ирина Петровна была рада, и удивлена такому подарку.

   - В России есть французские духи?

   - Полно! - ответил я с гордостью за нашу тайгу. Наш разговор по телефону закончился последним вопросом Ирины Петровны:

   - Михаил Николаевич, я не понимаю, зачем в России продаются французские духи, если там нет мыла?



Хромосомный набор

Звонит телефон. Я снимаю трубку.

   - Мишка, здорово!

   Голос знакомый. Из детства. Но чей - вспомнить не могу.

   - Герку помнишь?

   - Герка!!! Боже... Ты откуда говоришь?

   - Из тюрьмы.

   - То есть как?

   - Очень просто. У меня хорошая камера. Две комнаты. Телефон. Телевизор. Видео.

   ...Герка всегда мечтал разбогатеть. Он еще в детстве умкдрялся обменивать фантики леденцов на фантики "Косолапого мишки". Правда, потом его всегда били. В какие только аферы он не пытался втравить меня уже в юности! Голова его всегда была полна самых смелых, нелепых идей. Его знали все хулиганы, хотя сам он хулиганом никогда не был. Однажды он рассказал мне о плане освобождения своего отца из тюрьмы. Кажется, его отец проходил в то время по известному делу врачей.

   Герка был очень толстым и настолько же добрым. Однажды, когда меня избили и я лежал в постели, он привел ко мне домой тех, кто меня избил, чтобы они извинились. Он был уверен, что мне от этого станет легче. Потом оказалось, что он им просто заплатил из тех денег, которые копил на побег отца.

   После школы Герка неожиданно для всех запел. Причем сразу громко, оперным голосом. Это было время поклонения Магомаеву. Всех, кто пел похоже, приглашали на концерты, платили деньги. Петь оперным голосом было тогда выгодно, поэтому он им и запел. Герка всем рассказывал, как он учился в Италии с Муслимом. Хотя для меня до сих пор загадка, где он научился так громко петь...

   Вскоре он понял, что выгоднее петь на Севере. И уехал туда года на два. Разбогател. В каких только уголках нашей необъятной Родины он не организовывал самые смелые халтуры с продажей собственных билетов из разрезанных пополам открыток за две копейки. При этом на каждой половинке, не мудрствуя лукаво, он собственной рукой писал: "Один рубль". И ставил печать, вырезанную из старого каблука очередным умельцем-левшой за бутылку рижского бальзама. Когда я вспоминаю еще отечественного, неуехавшего Герку, я всегда думаю: нельзя так опрометчиво заявлять, будто мы жили в застое. Это не верно. Были умы и тревожные, и светлые, и беспокойные. Они, между прочим, и подготовили перестройку. Недаром теперь многих наградили за то же самое, за что раньше посадили...

   Одним словом, я всегда знал, что Геркино будущее - тюрьма. Но никогда не предполагал, что под Нью-Йорком и с телефоном.

   На вопрос, сколько ему дали, Герка не стал отвечать. Ему не хотелось говорить о неприятном. Я могу его понять. По одним слухам, ему дали сто с чем-то лет, по другим - всего 80. За достоверность слухом не ручаюсь. Но в Америке это вполне реально. Там один закон не исключает другого и все сроки плюсуются.

   Как мне объяснили, рижанин Герка со своим другом из Одессы выпустили фальшивые доллары. Причем выпустили их на краденной бумаге, а рисунок нанесли ворованной краской. Поскольку нашему человеку даже в голову не придет купить краску! Когда их поймали, они вдобавок ко всему превысили скорость на чужой машине в нетрезвом состоянии и вдобавок впятером проехали на пять "кирпичей". Одним словом, набежало!

   Эмигранты любят о нем рассказывать. По приезде в Америку он пытался петь. Но здесь никого не интересовало, с кем ты учился в Италии. Не долго думая, Герка с советским мышлением занялся американским бизнесом. После чего окончательно обнищал. Пытался устраивать для эмигрантов просмотры советских фильмов типа: "Свадьба в Малиновке", "Зозуля с дипломом", "Битва в пути"... Но за аренду надо было платить. А на просмотры ходили пять-шесть бывших советских коммунистов из желания еще раз окунуться в свое героическое прошлое. Наконец мой добрый толстый друг на все плюнул и решил разбогатеть сразу! И по-простому!

   О процессе писали американские газеты. Коренных американцев поразило: во-первых, с_к_о_л_ь_к_о фальшивых денег выпустили наши за два дня. Во-вторых, к_а_к они это сделали. Простота, находчивость и наглость одновременно обидели и восхитили американцев.

   Они выпустили фальшивые доллары на ксероксе!..

   Много лет в Америке существует многоцветный ксерокс. Американцы опрометчиво думали, что на нем надо работать, чтобы получать деньги. А оказывается, что на нем работать не надо, а надо сразу деньги печатать.

   Много, много нового узнали для себя американцы с прибытием в их страну наших эмигрантов.

   Например, что бензин можно разводить водой... Сообщение о том, как это делается на русской бензоколонке в Бруклине, стало научным откровением даже для американских ученых. Доселе они предполагали, что это невозможно с химической точки зрения - карбюраторы будут глохнуть. Но, видать, любой наш мужик с тремя классами образования может дать в некоторых вопросах фору все американской химическй промышленности. Оказывается, надо просто знать, как разводить. Комбинация-то уже отыграна на Родине и проще не бывает. Хороший бензин надо разводить средним, средний - плохим, а плохой - уже водой...

   Видимо, наш человек развит от нищеты так же, как их человек туп от сытости...

   Американцы не просто не любят наших эмигрантов. Они прокляли тот день, когда пригласили их к себе. Ну что же - так им и надо! А то они столько лет кричали: "Отпустите к нам своих инакомыслящих! Дайте им свободу!" Ну, дали, ну, отпустили. Но ведь оказалось: никто из тех, кто кричал, даже предположить не мог, насколько наши ИНАКОМЫСЛЯЩИЕ. Я считаю: советская эмиграция третьей волны в Америке - самая серьезная провокация против Запада!

   ...В ресторане рядом со мной сидит руский эмигрант. Неожиданно для меня он вытаскивает из кармана лавровый лист, поджигает его и резко опускает в рюмку с водкой.

   - Зачем это вы делаете? - спрашиваю я.

   - Я за рулем... Чтобы не пахло.

   Видимо, смекалка - в генетике нашего человека. В его хромосомном наборе. Поскольку единственное, что передавалось советскими людьми из поколения в поколение - это нищета, изворотливость и энтузиазм.

   Поэтому Америка с ее свободой бизнеса и оказалась черноземом для нашего мышления. Нельзя вывозить из России картины именитых художников? Разве это проблема для нашего эмигранта? Догадались приглашать самих художников. Кормить их, оплачивать суточные, делить пополам гонорар, только чтобы они рисовали прямо тут, в Америке, на эмигрантских чердаках. И многие на этом разбогатели.

   Сейчас в связи с пересторойкой фантазия у наших эмигрантов разыгралась окончательно. Особенно в сотрудничестве с нашими кооператорами. На Волге открываются совместные охотничьи угодья для американских миллионеров. Бедные миллионеры платят тысячи долларов за такую охоту. В то время как наши проводят их туда через дырку в заборе за бутылку, которую дают егерю.

   Чего только не пытаются всучить за доллары бедным американцам наши умы! Дошли до того, что опубликовали рекламу, будто для мужской потенции особенно полезна настойка на камнях, выведенных из почек коров. И тут без дружбы с Советским Союзом никак не обойтись, потому что камни в почках образуются только у советских коров. Мне думается, что популярные нынче среди американского обывателя сувениры - кусочки разрушенной Берлинской стены - взяты из мостовых русского эмигрантского района.

   Говорят, в настоящее время в ФБР создан отдел по расследованию того, что творится в русском районе Нью-Йорка.

   Об этом районе уже ходят легенды во всем мире, как об одном из самых "веселых" мест на земном шаре.

   Брайтон-Бич... Проще Брайтон... Берег Атлантического океана... Рассказывают, что когда-то здесь жили приличные нищие негры. Из истории известно, что если куда-то приходили жить негры, то все остальные оттуда уже уходили. Это единственный случай, когда откуда-то ушли сами негры, после того, как туда пришли русские. Вернее, негры не ушли, а сбежали. Наши их выжили. И нищие кварталы расцвели ресторанами, магазинами... Вспыхнули рекламы на русском: "У Римы", "Одесса", "Киев", "Русь", "Яша и сыновья"...

Остальное - см. на с
  • Жалоба

Рамень
30 Дек 2012 16:24
Забавные законы и их причины
============
От автора из США:
Немецкие овчарки сняты с патрулирования в полиции, потому что они проявляют агрессию к чернокожим, особенно к детям.
это и про мою нем.овчарку - она тоже не равнодушна к лицам темного оттенка

Штат Айдахо
Запрещено рыбачить, сидя на верблюде.

Штат Айова
Город Оттумва. Мужчинам запрещено подмигивать незнакомой женщине.

Штат Алабама
Запрещено водить машину с завязанными глазами.
Запрещено посыпать ж/д рельсы солью под стархом смертной казни.
Запрещено носить мороженое в кармане.
Запрещено носить в церковь наклеенные усы.

Штат Аляска
Запрещено будить медведя для фотографирования.
Запрещено сбрасывать с самолета живого лося.
Запрещено поить лосей спиртными напитками.

Штат Виктоpия
Заменять пеpегоpевшие электpолампы, даже в частных домах, могyт только лицензиpованные электpики. Штpаф за наpyшение - около $20.
После полyдня в воскpесенье запpещено ходить в pозовых бpюках.

Штат Иллинойс
Город Юрика. Мужчинам с усами запрещено целовать женщин.

Штат Индиана
По закону штата Число Пи равняется 4.

Штат Калифорния
Город Чико. Установлен штраф до 500 долларов за взрыв в пределах города ядерного устройства.

Штат Кентукки
Каждый житель обязан принимать ванну не реже одного раза в год.

Штат Коннектикут
Город Хартфорд. Запрещено переходить дорогу на руках.

Штат Миисури
Город Сент-Луис. Запрещено распивать пиво из вдера, сидя на мостовой.

Штат Мэриленд
Город Балтимор. Запрещено приходить в театр со львами.

Штат Луизиана
Город Нью-Орлеан. Запрещено призязывать крокодилов к гидрантам.

Штат Нью-Йорк
Город Кармель. Мужчине грозит штраф за выход наулицу в брюках, не подходящих к пиджаку.

Штат Оклахома
Запрещено откусывать куски чужого гамбургера.

Род Айленд
Город Провиденс. По воскресеньям запрещено продавать одному и тому же человеку зубную щетку и зубную пасту.

Штат Техас
Запрещено стрелять по бизонам со второго этажа отеля.

В США существуют тысячи законов, действующих на уровне штата, графства или муниципалитета. Некоторые из них ныне кажутся нелепыми, однако появление подобных нормативных актов некогда было вызвано вполне серьезными причинами. Например, в городе Лос-Анджелес запрещено облизывать лягушек.

В штате Аризона запрещено охотиться на верблюдов.
Причина: Армия США некогда использовала верблюдов в качестве тягловой силы. Местные жители, незнакомые с военными экспериментами, считали двугорбых животных новым видом диких животных и охотились на них, чем наносили серьезный ущерб обороноспособности США. В результате, верблюды были уволены с военной службы и ныне в алабамских полупустынях живут дикие верблюды. Охотиться на них по-прежнему запрещено.

В штате Калифорния запрещены бани.
Причина: Этот закон был установлен в конце 1980-х годов, когда было обнаружено, что большинство гомосексуалистов, больных СПИДом, заразились в публичных банях. Закон был принят, чтобы остановить развитие эпидемии.

В городе Лос-Анджелес запрещено облизывать лягушек.
Причина: Закон был принят после того, как городские подростки обнаружили, что кожа некоторых лягушек содержит галлюциногены. Наркоманы отлавливали лягушек и старательно облизывали их, а полиция ничего не могла поделать с этим.

В городе Норко закон запрещает жителям иметь носорогов.
Причина: Норко имеет неофициальный титул "города необычных домашних животных". Жители города держат в домах варанов, крокодилов, свиней, не говоря уж о традиционных собаках, кошках, кроликах, хомяках и т. д.
Домашние любимцы имеют обыкновение иногда убегать из дома. Однажды это произошло с детенышем носорога, который нанес тяжкий ущерб местным садам и газонам.

В городе Мобил мужчинам запрещено выть по-волчьи в публичных местах.
Причина: некогда в городе была квартировала воинская часть во времена оные носившая на нарукавном шевроне изображение волка (это, в свою очередь, объясняется давней историей, когда США воевали с индейцами, и подразделения разведчиков таким образом демонстрировали свою смелость, осторожность и силу). По вечерам солдаты собирались в местных барах и страшно выли, подражая волкам, что, страшно раздражало горожан. Военную базу закрыли, а закон остался.

В этом же городе, женщинам запрещено носить обувь на каблуке-шпильке.
Причина: Одна женщина на шпильках наступила в решетку водослива и повредила ногу. Она посчитала, что во всем виноват муниципалитет, оснастивший улицы подобными опасными устройствами, обратилась в суд и выиграла дело. В результате, чтобы предотвратить появление схожих исков в будущем, отцы города посчитали, что дешевле принять особый закон, чем менять решетки.

В городе Боулдер запрещено выставлять диваны на крыльце дома.
Причина: В городе находится большой и очень веселый университет. В 2003 году журнал US News & World Report назвал этот храм науки лучшим местом для любителей развлечений. Студенты любят отмечать победы университетских спортсменов разведением костров на городских улицах, что часто приводит к пожарам. Диваны являются идеальным видом топлива.

Во Флориде двери всех зданий должны открываться только наружу.
Причина: В случае пожара людям легче выбежать на улицу.

В городе Сисайд вокруг всех домов должен быть установлен белый забор.
Каждый дом должен иметь красивое крыльцо.
Причина: Экономика города основана на индустрии туризма. Поэтому муниципалитет решил, что подобный дизайн позволит создать "сказочный городок", что сделает его еще более заманчивым для туристов.

В штате Гавайи запрещены рекламные плакаты на дорогах и в общественных местах.
Причина: Реклама не должна мешать туристам любоваться на гавайские пейзажи.

В городе Оверленд-Парк запрещено устраивать демонстрации на похоронах.
Причина: Закон был принят из-за одного человека, радикального христианина, который регулярно появлялся на похоронах гомосексуалистов с плакатами, которые гласили, что покойный заслужил смерть, и Бог его покарал.

В штате Мичиган запрещено кидаться осьминогами в общественных местах.
Причина: До принятия этого закона, во время матчей, в которых участвовала хоккейная команда Detroit Red Wings, болельщики швыряли осьминогов на лед. Традиция появилась в 1952 году, когда команде нужно было выиграть все оставшиеся восемь игр, чтобы выиграть кубок Стэнли. В начале первой игры кто-то из болельщиков кинул осьминога на лед - одну ногу за каждую игру - и Red Wings стали чемпионами.

В штатах Нью-Джерси и Орегон, люди не могут самостоятельно заливать бензин в бензобак - им должен помочь работник АЗС.
Причина: Закон был принят очень давно, когда многие люди (особенно пожилые) не знали элементарных вещей, например, о том, что бензин взрывоопасен и во время заправки лучше не курить. Владельцы АЗС боялись, что их клиенты могут взорвать заправочную станцию.

В штате Северная Каролина общественным организациям запрещено встречаться, если их члены одеты в одинаковые костюмы.
Причина: Закон был принят, чтобы предотвратить организацию сборищ активистов местного Ку-Клюкс-Клана, которые носят белые балахоны.

В городе Мемфисе попрошайки должны получить "лицензию" от штата (которая стоит $10), чтобы получить право просить милостыню
Причина: Закон был принят, чтобы избавиться от толп нищих, которые оккупировали туристические достопримечательности в центре города.

В штате Техас мужчинам запрещено носить с собой кусачки.
Причина: Во времена Дикого Запада, жулики могли красть скот, перерезая проволочные изгороди кусачками. Такие кражи стали настолько частыми, что, в конце концов, решили запретить сами кусачки.

В штате Западная Вирджиния учащиеся не могут посещать школу, если от них пахнет луком.
Причина: В штате растет определенный вид дикого лука, который имеет чрезвычайно сильный запах. Запах ощущается даже через несколько дней после его употребления в пищу.

В этом же штате, любое животное, сбитое автомобилем, становится собственностью водителя машины.
Причина: Закон был принят, чтобы сэкономить деньги на расчистку дорог. Кроме того, под колеса автомобилей чаще всего попадают съедобные олени.

В штате Вашингтон, люди, которые приехали в штат с намерением совершить преступление, должны сначала позвонить в полицию и осведомить ее о наличии подобных планов.
Причина: Закон был принят - совершенно серьезно - чтобы уменьшить количество преступлений. Жителям других стран и штатов, совершившим преступление в штате Вашингтон, дополнительно инкриминируют и нарушение этого закона.
  • Жалоба
Я давно уже решила, что моя Родина везде со мной. Отсюда не психология гостя, а завоевателя. Недавно  на автозаправке незнакомая франкофонка, с обычным местным лицом, не обезображенным интеллектом, у меня спросила, как будет "С новым Годом!" по-русски (почему-то моя ярковыраженная славянская внешность ни у кого не вызывает сомнений). Я ей сказала, а сама подумала: учи-учи, пригодится!
  • Жалоба
Знаете, а я не хожу "в чужой монастырь со своим уставом", если на время.
Если долго там жить (в чужом монастыре), то он, в конце концов становится своим, и ваши уставы сами примут.
Вообще, для эмигранта (на первые пару лет), как я заметил, характерна психология суфия - давай быкам сена, а попугаям сахара. И чтобы его "прояснить" (разобраться что он думает), его достаточно только "вывести из колеи" - иногда достаточно сказать только лишь фразу, которую он болезненно примет на свой счёт.
(был недавно такой опыт, случайно).

Тут ещё интересно другое. Что основное отличие граждан "там" от граждан "здесь", (даже не важно эмигрант или нет), что они обращаются в полицию по самым нелепым (по нашему разумению) случаям. И там им помогают, а у нас даже слушать не будут.
  • Жалоба

Октябрь 2017

П В С Ч П С В
      1
2345678
9101112131415
16171819202122
23 242526272829
3031